Аверинцев о браке

  • Благословенная трудность семьи — в том, что это место, где каждый из нас неслыханно близко подходит к самому важному персонажу нашей жизни — к Другому.
    Специально для брака свойство Другого быть именно Другим резко подчеркивает два запрета: библейский запрет на однополую любовь и общечеловеческий запрет на кровосмешение. Мужчина должен соединиться с женщиной и принять ее женский взгляд на вещи, ее женскую душу — до глубины своей собственной мужской души; и женщина имеет столь же трудную задачу по отношению к мужчине. Честертон, восхвалявший брак как никто другой, отмечал: по мужским стандартам любая женщина — сумасшедшая, по женским стандартам любой мужчина — чудовище; мужчина и женщина психологически несовместимы — и слава Богу! Так оно и есть. Но этого мало: мужчина и женщина, создающие новую семью, должны придти непременно из двух разных семей, с неизбежным различием в навыках и привычках, в том, что само собой разумеется — и заново привыкать к перепадам, к чуть-чуть иному значению для элементарнейших жестов, слов, интонаций. Вот чему предстоит стать единою плотью.
    Что касается отношений между родителями и детьми, тут, напротив, единство плоти и крови — в начале пути; но путь — снова и снова перерезание пуповины. Тому, что вышло из родимого чрева, предстоит стать личностью. Это — испытание и для родителей, и для детей: заново принять как Другого — того, с кем когда-то составлял одно неразличимое целое в теплом мраке родового бытия. А психологический барьер между поколениями до того труден, что поспорит и с пропастью, отделяющей мужской мир от женского, и со рвом, прорытым между различными семейными традициями, — уж этого-то в наши дни никому объяснять не нужно.
    ...
    “Самости” трудно примириться с волей Другого, с правами Другого, с самим бытием Другого. Это искушение всегда наготове. Кто не знает хрестоматийной фразы из пьесы Сартра “Взаперти” (“Huis clos”): “Ад—это другие”? Но здесь самое время вспомнить слова Иоанна Богослова: “Кто говорит: “я люблю Бога, — а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?” Всерьез принять волю Бога, права Бога, бытие Бога, Его присутствие — право же, не легче. Для нашей “самости” это как смерть. Впрочем, почему же “как”? Смерть и есть — без метафор, без гипербол.

    С.С. Аверинцев.


    Поделиться в соц сетях:
6 комментарий
  • Иван JN
    Иван JN Иван, я же просил Вас - до окончания школы воздержитесь критиковать тех, кто на несколько голов выше Вас)
    18 ноября 2013 г.
  • Иван JN
    Иван JN Olka, да, он чрезвычайно интересен. Он из тех ученых, которые, не являясь клириками, двигают богословскую мысль вперед. Хотя больше он известен как культуролог и переводчик.
    http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BD%D1%86%D0%B5%D0%...  больше
    18 ноября 2013 г.
  • Иван JN
    Иван JN Мария, он несколько утрирует(нарочито), но мысль, по-моему, в общем понятна: для мужчин женская эмоциональность - нечто явно ненормальное(это, кстати, одна из причин, почему в православных церквях нет женского священства), для женщин мужской рационализм -...  больше
    18 ноября 2013 г.
  • Иван JN
    Иван JN Расскажите, как Вы смотрите)
    19 ноября 2013 г.